НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ » Лувр. Королевский дворец » Малая часовня


Малая часовня

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://img1.liveinternet.ru/images/attach/c/1//49/87/49087950_06nstein.jpg

2

Сентябрьский холод безраздельно царил в небольшой дворцовой часовне. Драпирующие стены ткани, затканные золотом, скудно отражала своими драгоценными боками последнее тепло уходящего лета, не сохраняя в себе ни крупицы света. Сентябрьский холод безраздельно царил в сердце придворной дамы одной из самых красивых внучек Людовика Святого. Париж оказался совсем иным, чем он представлялся в уютном и беззаботном Дижоне. «Это жестокий город, Мадам», -предупредила подопечную Беатриса. - «Прошу Вас, будьте осторожны…». Маргарита лишь беззаботно кивнула – она была слишком свободолюбива и независима, чтобы считаться с чьим-то мнением. И не однажды Суардо была свидетелем неприятной холодности между бургундкой и Его Величеством Государем Франции. А то, что маленькая, похожая на взъерошенную черную кошку, смуглая королева Наваррская откровенно ненавидела свою золовку - госпожу Изабеллу, которая отвечала ей взаимностью, грозила однажды обернуться весьма неприятными последствиями. Про несчастного супруга Маргариты, которого Господь не наделил явными достоинствами, даже не стоило упоминать – в этих отношениях не было ни любви, ни тепла, ни уважения. Самым же прискорбным фактом оказалось то, что мнение Беатрисы перестало оказывать хоть сколько-нибудь заметное на ее подопечную – здесь в Лувре нашлись те, кто с невероятным удовольствием поддерживали ураганные порывы Маргариты, и, чувствуя их поддержку, жемчужина бургундского двора со всем пылом горячего сердца кидалась во все возможные приключения. Для нее стало удовольствием нарушить привычную, жестко установленную жизнь Двора, и на это стали обращать внимание… Бургундские сестры – Жанна и Бланка. Их одобрение и участие в этих опасных играх с огнем только подначивали Маргариту. Жены сыновей Государя окружили себя иллюзорным флером безнаказанности и вседозволенности, полагая, что смогут успеть вовремя увернуться от вставшей на дыбы судьбы, но это лишь полеты во сне, а падение может оказаться, куда более болезненным. Медленно мысли Беатрисы перешли от Маргариты к ней самой. Ее фамилия и внешность выдавали сицилийское происхождение, а здесь в ледяном сердце Франции не особо приветствовали южных соседей. Это сказывалось в откровенно пренебрежительном отношении со стороны придворных. Беатриса не жаловалась, она даже в самых смелых мыслях не смела претендовать на что-то большее, чем маленький угол возле ног королевы Наваррской. Суардо подняла глаза на излишне яркое изображение ангела. Ей нужно суметь уберечь свою госпожу, а недоброжелателей так много… Девушка, отошла в сторону от маленькой скамеечки, обитой бархатом, опустилась на колени, молитвенно склонив голову. Она никогда не пользовалась в часовнях таким изящным предметом молитвы, как скамеечка, полагая, что Отцу Небесному синяки на ее коленях будут более приятны, как доказательство преданности и веры. Черные пряди волос, закинутые на спину, змеями спустились девушке на грудь. Она тихо, вполголоса, начала читать Stabat mater dolorosa. Беата уже поняла для себя, что спасение госпожи зависит от того, насколько она сама сможет избавиться от природной робости и насколько ей хватит сил, чтобы противостоять всему миру, который, как минимум, включал в себя Лувр во главе с Королем, чье имя она даже не осмеливается произнести про себя и его дочерью с холодными, как ледяная, застывшая гладь озера, глазами.

3

Окончив молитву, Беатриса подошла к окну. Ей не хотелось покидать стены маленькой часовни. Здесь, как в маленькой, персональной скорлупе, она чувствовала себя под защитой –если и не от надменных взглядов придворных луврских дам, то, хотя бы под защитой Всемилостивого Отца. Небо было неприятного серо-стального цвета, и солнце из-за этого выглядело болезненно, пытаясь чахоточными лучами согреть если не людские сердца, то хотя бы землю… Мысли Беаты умчались обратно в Дижон. Какой бы невероятной поддержкой для нее оказался взгляд стальных серых глаз, и пусть равнодушных, и пусть холодных… Ее грело одно только присутствие любимого.  Горький, травянистый запах ладана снова осел на ее губах. Как бы дорого она отдала за всего один час мессы в бургундском Нотр-Даме! Надменная злоба Парижа ни в какое сравнение не шла с тем, что ей пришлось испытать ранее. Девушке казалось, что их с Маргаритой бросили в самое сердце кишащей змеями всех мастей ямы, и, пытаясь увернуться от укуса одной гадины, они неизменно натыкались на другую. Девушка провела языком по пересохшей нижней губе – действительно, ладан… Но это так естественно для любого из домов Божиих, пора перестать придавать значительность тому, чего нет… или тому, что выдумано любящим сердцем. Маленький комочек плоти забился быстрее, снова и снова пытаясь вырваться на свободу. Оно так устало служить другим, жить ради других, подчиняться другим… В такие моменты Беатриса боялась собственного сердца – оно желало того, чего не было даже у Иисуса Христа  -свободы выбирать в своей жизни. «Молчи, глупое, молчи! Разве у тебя есть иной выбор? Разве тебе предложена иная дорога?». Девушка прижала руку к груди, пытаясь унять начинавшуюся дрожь. Ей предстоит хранить секреты Маргариты. А то, что дозволено королеве, не будет прощено ее придворной даме… Где сейчас бургундские сестры, она не знала, а стоило бы это выяснить. Беатриса вспомнила неприятное лицо Его Высочества, принца Людовика – его подозрительность часто выплескивалась за рамки этикета. Да, нужно найти госпожу. Девушка с сожалением обвела взглядом часовню  -здесь она проводила самые счастливые минуты, и во всем Лувре не было другого такого места, где бы радость хотя бы скудным лучом озаряла ее душу. Беата поклонилась Распятому и перекрестилась, после чего вышла в коридор.
----> Коридоры Лувра

Отредактировано Беатриса Суардо (2010-01-24 13:45:21)


Вы здесь » НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ » Лувр. Королевский дворец » Малая часовня