НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ » Дома персонажей. Бедные кварталы Парижа » Дом, неподалеку от кладбища Невинных.


Дом, неподалеку от кладбища Невинных.

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

http://meteleva.ucoz.ru/zamki/zamok18.jpg

2

Ночью плохо спалось и молодая женщина, проснувшись раньше, чем обычно, на скорую руку покормив ребенка, рассеянно бродила по дому, не понимая, почему сегодня все валится из рук. То ли вспомнились обрывки ночного кошмара, то ли она просто заболевала, поэтому сделав себе отвар собранных летом трав, выпила его залпом и почувствовала небольшой прилив сил, но тут же вновь опустилась на скамью, тупо наблюдая, как ползает по полу младенец, тиская недавно родившегося котенка.
Внутри поднималась глухая тоска и она снова, вскочив, заметалась по комнате, услышав в прихожей шаги мужа, вернувшегося с вязанкой дров для камина...
Огонь запылал жарче, супруги сели за стол позавтракать, переговариваясь меж собой и сетуя на то, что их родственницу сегодня вновь слишком загрузили работой в Лувре и не вытпустили, как обычно, домой, навестить семью...

3

Лувр----аппартаменты Ногарэ
Отец Абеляр и трое стражников вышли из кареты на дверцах которой не было никаких гербов или других знаков, по которым можно было бы узнать, откуда она и кто в ней приехал.
Дом, где жила Жеральдин в семье своей старшей сестры, был небольшим, довольно обшарпанным. Видно было, что его изо всех сил стараются содержать в чистоте. Это была так называемая чистая и честная бедность.
Доминиканец не стал сам стучать в дверь. Он кивнул одному из стражников и тот почти пинком распахнул дверь. За первым стражником в дом стремительно вошел второй и лишь минуту спустя, когда один из них распахнул дверь и с поклоном пригласил войти святого отца, отец Абеляр неспешно вошел в дом.  Молодая женщина сидела на стуле, прижав к себе ребенка, к стене прижавшись стоял мужчина. Лица у обоих были испуганные, ребенок корчил рожицу, кажется собираясь зареветь. Как стражники достигли всего этого, да и делали ли они что-то доминиканец не знал и не хотел знать.
- Мир этому дому. Да пребудет Господь с вами, дети мои. Да отринете вы соблазны диаволовы и примете всей душой свет ангельский.
Доминиканец перекрестился и замолчал, словно углубясь в молитву. Он хотел посмотреть на реакцию этих люде. Что они решат о его визите, о чем сразу заговорят.
Так что картина была такой: молящийся доминиканец и трое стражников. Все стоят неподвижно и молчат.

Отредактировано Отец Абеляр (2009-12-18 21:11:15)

4

Женщина, казалось, была на грани истерики и молчала, лишь все сильнее прижимая к себе ребенка и не сводя глаз со святого отца. Она решительно не понимала ничего из того, что сейчас здесь происходило или просто была в состоянии шока.
Мужчина, стоявший у стены, белый, как мел, прервал это гнетущее молчание, пытаясь разрядить обстановку. Поклонившись отцу Абеляру, смял в руках скинутую с плеч куртку, и нетвердым голосом произнес:
- Видит бог, святой отец... в этом доме его всегда чтили, а дьявол никогда и помыслить не мог приблизиться, ибо здесь живут чистые души...
Он лишь изредка бросал взгляды на рассредоточившихся по комнате солдат, почти все время не спуская глаз с лица святого отца, нутром понимая, что то, что случилось и из-за чего в его дом ни свет, ни заря ворвались гвардейцы, связано с  не с какими-то его мелкими гражданскими правонарушениями, которых у него, как у любого горожанина, было предостаточно, а с тем, чего боятся больше всего.  С обвинениями, от которых не отмыться...

5

Первым заговорил глава семейства. Отец Абеляр ответил ему не сразу. Он взял паузу словно раздумывая над услышанными словами. Он заговорил тихо, не поднимая головы, словно размышляя.
- Слабы дети Адама и Евы. И частенько оскверняют они уста свои ложью, а души склоняются к шепоту диаволову. Лишь Господь может читать в душах их правду. Нам же остается лишь смиренно молиться, чтобы простил Господь слабость нашу и избавил от искушения.
Доминиканец покачал головой и наконец посмотрел прямо в лицо главы семейства. Его голос звучал все также тихо и ласково. Словно он уговаривал неразумную скотину или ребенка малого. Зная, что тот упирается не по злобе, а лишь по скудоумию.
- Расскажи мне, сын мой, все что ты знаешь о прислужнице бесовской, которая жила тут с вами под одной крышей. Которая подвергала душу невинного дитяти страшной адовой каре.
Отец Абеляр кивнул в сторону ребенка.
- Покайся и не скрывай правды. И да простит тебе Господь прегрешения, ибо блуждает твоя душа в впотьмах, как усталый путник не видя дороги в дремучем лесу. Доверься зову Господа и воссияет перед тобой путь истинный и прямой.
Доминиканец смотрел в глаза мужчины. Тот мог прочитать в его взгляда сочувствие, искреннее желание помочь, всепрощение и доброту. Прочитать в глазах, но не в душе. В душе же монаха был покой и безмятежность. Он делал то, в справедливости чего был уверен. И если окажется, что и этот младенец был пособником дьявола, то он позаботится о его душе не дрогнув и презрев все телесные страдания

6

Мужчина молчал, смотря в глаза доминиканца. Ему хорошо был знаком этот взгляд и то, что последует за его собственным отказом сотрудничать с отцами церкви. В его деревне инквизиция вырезала несколько семейств из-за простого подозрения в колдовстве. Кажется, они даже не потрудились предать дело суду. Просто заперли двери домов и обложив хворостом, подожгли бедные жилища.
А оклеветать сестру жены он просто не мог и сейчас в буквальном смысле умирал от тревоги за судьбу своей семьи. Стражники напряглись, ловя взгляд отца Абеляра, словно спрашивая разрешения поступить по-своему.
Первой молчания не выдержала женщина, которая сорвалась с места и, прижимая к груди расплакавшегося ребенка, бросилась к ногам доминиканца, целуя край монашеской рясы.
- Святой отец, что вы такое говорите? Жеральдин набожная женщина, она столько помогала нам, без нее мы жили бы в нищете! И ребенка нашего она очень любит... О какой прислужнице вы говорите, ваша милость? Ваша милость...
Женщина зашлась в истерике и ее муж бросился к ней, но стража отреагировала быстрее, сбив его с ног и, съездив несколько раз по почкам, держали на коленях, не давая подняться.
- Не смей дергаться, прислужник дьявола, пока ноги не переломали!

7

Все развивалось так привычно, словно актеры играли хорошо знакомый и давно отрепетированный спектакль. Реплика - ответная реплика. Жест встречает ответный жест. У этого спектакля было два варианта. Или "пособники" сразу признавались или потом. Третьего варианта отец Абеляр еще не встречал, хотя предполагал, что теоретически такое возможно.
- В карету его и увезти. Потом вернетесь.
Доминиканец кивнул на главу семейства.
- Ты останешься и обыщешь все здесь.
Этот приказ относился к старшему из тройки.
- А с этой достопочтенной женщиной я пока тут поговорю. Мне кажется душа ее жаждет раскаяния как ослабевший путник в пустыне жаждет воды. И я буду молить Господа неустанно, чтобы он дал сил этой доброй женщине спасти себя, душу младенца и мужа своего. Который пока по неведению упорствует.
Всегда легче разговаривать, если твои собеседники не могу видеть друг друга, знать что говорят. И особенно если их головы полны страшными картинами, что могут сделать с тем другим, которого нет сейчас рядом.
Отец Абеляр опустился вниз к распростертой на полу женщине. Положил ей руку на голову и не обращая внимания на происходящее рядом заговорил.
- Утешься, дочь моя, поведай мне все, что тебе известно. И знай, что этим ты спасешь душу своей сестры. Ибо верю я, что возможно еще для нее спасение, что не отреклась она еще от Господа нашего, а всего лишь оступилась. Но как бы она не была хороша к вам, боюсь, что не всегда это было искренне. Боюсь что последнее время это была лишь маска. Успокойся и расскажи мне все. Куда ходила твоя сестра, что говорила, кто к ней приходил. Может быть для нее что-то оставили?

8

Женщина вздрогнула от прикосновения и подняла залитое слезами лицо, смотря снизу вверх на доминиканца. Заговорила быстро, глотая слезы и страх...
- Откуда мне знать, какие такие грехи водились за Жеральдин? Она работала в Лувре и здесь бывала лишь изредка - приходила навестить нас и племянницу. Хорошая она женщина, а если оклеветали ее злые люди, то грех этот падет на их голову! Cвятой отец, куда вы увозите моего мужа? Не трогайте его! Он то в чем виновен?
Еще крепче прижала к себе ребенка, зажала рукой рот, сглатывая подступавшие рыдания. Взгляд тут жее переместился к двери, куда солдаты повели, скрутив веревками, ее мужа. Рванулась в его сторону,  истошно закричав, и мало обращая внимания на обращенные к ней слова. Ребенок заревел следом и какафония звуков, смешавшись в один, душераздирающий плач, вырвалась из тесной комнаты, напугав проходящих по улице прохожих. Несколько человек остановились, глазея, как вытаскивают из дома их, всегда такого добропорядочного и скромного соседа, и постепенно у дома начала собираться толпа.
Гвардейцы втолкнули мужчину в карету и та быстро двинулась вниз по улице, направляясь в сторону Лувра.

9

"Все та же песня "Оклеветали, возвели напраслину" А то что дыма без огня не бывает, кажется никому не приходит в голову. "Ах он такой набожный человек. Живет тут всю жизнь. Мы его знаем. Он такой порядочный" А то что младенцы пропадают и кто-то служит дьяволу - так этого не может быть. Это - оклеветали. Видела бы эта, так сейчас самоотверженно защищающая свою сестру, женщина, что ее милая невинная сестра, так любящая племянницу натворила в спальне Ногарэ... Так сама бы сволокла ее на костер и факел к дровам поднесла. И даже не задумалась бы о том, что кто-то оклеветал. А мне приходится выступать в роли всеобщего палача. Тяжел мой крест, Господи. Но прошу лишь об одном, дай мне силы нести его и служить тебе словом и делом, а также всеми помыслами своими и движениями души."
Двое солдат потащили мужчину наружу, а оставшийся, тот кому отец Абеляр поручил обыск почему то как столб стоял на месте и пропустил тот момент, когда женщина метнулась вслед за своим мужем на улицу, вопя и собирая толпу зевак.
- Никак на тебя колдовство какое навели, сын мой? И ты превратился в камень?
Очень сочувственно обратился к этому третьему, который был по мнению доминиканца самый сообразительный, отец Абеляр. В голосе сочувствие, а вот взгляд.... если бы он был материален, то провинившийся давно бы был нарезан тонкими полосками.
- Или ты думаешь, что я буду бегать за этой сам?
Небрежный кивок в сторону двери за которую выбежала женщина.

10

У дома быстро собиралась толпа, что в предверии праздника, было совершенно нежелатательно. Какой-то бродяга швырнул вслед отъезжающей кареты булыжник, пробормотав что-то слишком неудобоваримое на наречии Двора Чудес в адрес святых отцов. Толпа примолкла - никому не хотелось связываться с инквизицией, но и то, что происходило с их соседями, не нравилось чрезвычайно. Негромко перешушукиваясь, они стали ждать развития событий, провожая уезжающую карету недобрыми взглядами.
Женщина, бросившаяся за мужем, на улицу выбежать не успела, а, рыдая, упала на колени в прихожей, у самой двери и огласила дом полубезумными криками.

- Простите, отец мой, я сейчас!
Гвардеец, совсем молодой парень и вероятно впервые участвовавший в арестах, смотрел на происходящее во все глаза, не решаясь тронуть женщину с ребенком. Но под взглядом святого отца и, услышав приказ, ринулся к выходу.
Сражаться с женщиной в истерике ему было впервой, но он рассудил вполне логично и, вырвав из ее рук ребенка, направился назад, удовлетворенно отмечая, что та тут же поднялась и, продолжая всхлипывать, еле-передвигая ноги, потащилась следом...

11

Видимо слово представителя Святой Церкви обладает силой, способной противостоять магии бесовской.  Гвардеец вышел из ступора и вернулся с ребенком на руках и следующей за ним плачущей женщиной.
Отец Абеляр чуть заметно поморщился. Он не любил грубую работу.
- Верни немедленно этой доброй женщине и верной дочери Матери нашей Церкви ребенка. И принеси воды, чтобы она успокоилась.
Голос звучал словно доминиканец отдавал приказ на поле боя. А вот слова обращенные к женщине были преисполнены теплоты и заботы.
- Не плачьте, милая сестра. Если ваш муж ни в чем не виновен, то с ним поговорят и привезут обратно. Он ведь ни в чем не виновен? Правда? А про сестру вы мне расскажите все таки. Кто к ней приходил? Она же женщина молодая, красивая. Наверняка приходили. О чем говорили? О чем она думала, о чем мечтала. Что рассказывала вам про работу во дворце? Какие новости, сплетни? Мне все важно. Потому что мы всего лишь люди. Мы можем и ошибаться. А чтобы убедиться, что ваша сестра не виновна нам надо чтобы кто-то рассказал про нее все. Вот во дворце про нее мало что хорошего рассказали. Но так может они это покривили душой, да не убоялись геенны огненной. Может оклеветали из зависти к молодости да красоте. Поэтому только вы, сестра можете рассказать, какой она была на самом деле. Давайте. Садитесь, выпейте воды и рассказывайте.
Отец Абеляр был терпелив.
Доминиканец бросил нетерпеливый взгляд на гвардейца. Интересно, вспомнит он или нет, что ему еще обыск начинать. А во время обыска кое что должно обнаружиться. Отцу Абеляру не понравилась реакция гвардейца в этот раз. То как он стоял столбом, позволяя ситуации выйти из под контроля. Это означало только одно. Вся сегодняшняя тройка гвардейцев в разное время умрет. Кого-то прирежут воры, кто-то напьется и упадет в реку. А кто-то погибнет защищая чью-то жизнь. Вполне логично. Времена не спокойные.

Отредактировано Отец Абеляр (2010-01-07 17:47:06)

12

Поймав недовольный взгляд отца Абеляра, гвардеец едва-заметно кивнул и, отдал ребенка плачущей женщине, сразу же за этим выйдя в кухню, а через минуту вернулся назад, неся воду в большой оловянной кружке.
Вновь получив своего младенца, женщина прижала его к груди. Взяв принесенную солдатом кружку, поднесла к дрожащим губам и, стуча зубами о края, давясь слезами, пила студеную воду, стараясь успокоиться и слушая слова, обращенные к ней доминиканцем.
Впавший в немилость гвардеец, взглянув, как судорожно женщина глотает воду, перевел взгляд на  святого отца и, словно о чем-то вспомнив, тут же отошел на несколько шагов, пока что взглядом обшаривая помещение. А еще через несколько минут, покидав для вида на пол какие-то вещи, пнул ногой лежащий посередине комнаты небольшой самодельный ковер и, смахнув его в сторону, нашел вделанное в доски стальное кольцо, потянув за которое, открыл дверцу, ведущую в подпол, и, взглянув на доминиканца, взяв со стола полусгоревшую свечу, неторопясь стал спускаться по крутым узким ступеням...
Между тем, женщина, слегка успокоившись, отдала отцу Абеляру кружку и с надеждой вцепившись пальцами в его руку, заговорила быстро и сбивчиво, уже не надеясь спасти сестру, но пытаясь сделать все, чтоб обезопасить себя, ребенка и своего мужа...
- Святой отец... я не знаю в чем обвиняют Жеральдин. Не могу знать. Если она и рассказывала что-то о жизни... в Лувре, то это были ничего не значащие.... сплетни из жизни придворных дам и кавалеров. Какие-то любовные интрижки... и ничего более... но об этих любовных историях рассказывают... на каждом углу... и разве... разве можно счесть это преступлением или серьезно... преследовать за это сестру?
Женщина продолжала всхлипывать, подняв к святому отцу красивое, залитое слезами лицо, которое могло разжалобить не одного служителя церкви. Сбивчивый рассказ чередовался опасливыми взглядами, которые она то и дело бросала на с тщательностью хорошей ищейки исполнявшего свой долг гвардейца. И когда тот стал спускаться в подвал, не выдержала и вновь разрыдалась.
- Что... что он делает, ваша милость?

13

Что-то насвистывая себе под нос, Собар, вальяжной походкой шел по улице. Руки Собара в карманах, сбоку под пояс заправлен сложенный поводок. В двух футах позади также вальяжно шествует пара роскошных черных зверей, которых, язык не повернется, обозвать собаками. Иногда они отвлекались на какой-то особый запах. Собар останавливался вместе с ними, когда соглашался, что запах интересный, либо подзывал тихим, едва слышным свистом.
Горожане, встречавшиеся им на пути, в это раннее утро, предпочитали не переходить дорогу Собару. Впрочем, самые пугливые предпочитали быстро сворачивать в ближайший закоулок, осеняя себя крестным знамением, словно эта троица только что вышла из ада....
Дойдя до нужного адреса, Собар церемонится не стал. Он практически никогда не церемонился, когда дело касалось вот таких вот поручений. Без стука вошел, открыв ногой хлипкую дверь, запустил вперед собак.
- Здравствуйте, господа.

Отредактировано Собар (2010-01-19 13:34:41)

14

Отец Абеляр внимательно слушал женщину. Она сказала немного, ее слова были сбивчивы. Как он и предполагал, она ничего не знала. Все более очевидной становилась мысль, что ее сестру просто использовали пригрозив чем-либо или подкупив. Но все это не отменяло того, что намеревался сделать доминиканец.
- Твоя сестра могла что-то спрятать в тайне от тебя, дочь моя.
Монах ответил на заданный вопрос о том, что делал его спутник.
- Надеюсь, что в тайне от тебя. Я верю тебе, дочь моя. Ибо незачем тебе губить свою бессмертную душу и душу невинного младенца.
"А ведь если она не даст показаний против своей сестры, то придется ей в скором времени встретится с Создателем. Тут уж ничего не попишешь. Если виновата сестра, а она будет ее защищать, то значит и сама - ведьма."
- А сестра тебе рассказывала про всякие любовные интрижки.... Ну что же, ну что же...
В этот момент из подпола раздался возглас стражника. И когда его голова показалась из люка в дом вошел еще один человек.
Отец Абеляр знал его, это был телохранитель Великого Инквизитора. Доверенное лицо, правая рука, верный нож и молчаливая могила и все эти достоинства были представлены в одном человеке.
- Собак придержи, - вместо приветствия произнес доминиканец.
Только этих черных, словно исторгнутым самим адом зверюг тут не хватало. Вероятность того, что толпа ринется, чтобы совершить свой суд и не над ведьмой, а над теми, кто нападает на честную женщину, мать семейства, была ничтожно мала, но с приходом Собара она резко увеличивалась.
- Не бойся, дочь моя. Этот человек - верный сын церкви.
Доминиканец поспешил успокоить женщину и уже готового зареветь от страха ребенка.
- Что у тебя?
Этот вопрос уже относился к стражнику, который к тому времени полностью выбрался из подпола.

Отредактировано Отец Абеляр (2010-01-19 20:58:21)

15

Стоя в дверях, Собар равнодушно осматривал помещение. Нищета. Нищета и безысходность витала в воздухе и давила со всех сторон.  Дело, казалось, не стоило выеденного яйца. Как говориться - сначала всех под арест, а потом задавать вопросы. Пусть не обижаются - сами добились. Нет человека - нет проблемы. Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком. И даже после этого. А цели инквизиции выше соблюдения законности.
Собаки деловито исследовали комнату, словно заранее знали, где и что искать.
Собар перевел взгляд на доминиканца и заплаканную женщину. Все как обычно. Никто ничего не видел, никто ничего не знает, но свято уверены, что все кругом ангелы.  Его руки отдавали приказ черным зверям занять место рядом с собой, а в мозгу прокручивались варианты дальнейшего развития событий.
"Сказать ей, что станет с ее мужем," - Собар теперь уже пристально и неторопливо рассматривал женщину, - "и она выложит все на духу. Может даже приврет. Хотя нет, такие не врут - будут стоять до последнего, уверенные в своей правоте."
- Молчит? - негромко спросил он.

16

Монах мысленно вздохнул и вознес молитву Всевышнему, прося даровать ему терпение. Тут рядом невинная овца, которая ничего не видела и не слышала. А теперь еще и  Собар пришел и спрашивает про женщину, словно она уже давно вещь, точнее труп. Ну и что, что это практически так и есть. Был конечно минимальный вариант, что женщина окажется достаточно умной и готовой предать родную кровь. И начнет рассказывать про то, что ее сестра смертельно ее пугала, а то и вовсе сатанинскую магию навела, и она не могла рассказать о всех ужасах, что та творила. Но женщина была доброй и не очень умной. Значит, оставалось дождаться возвращения кареты и отправить ее вслед за мужем. 
Бедная женщина говорит, что ее сестра  ни в чем не виновата.
Потом он перевел взгляд на стражника, который не ответил на обращенный к нему ранее вопрос, но вылез  из подпола и теперь молча стоял рядом, держа в руках дохлую кошку. 
«Интересно, собачки отреагируют как положено на этот трофей? Или они  и не такое видели?»
Доминиканец нахмурился и покачал головой, сурово глядя на женщину. Та будто предчувствуя недоброе прижала к себе ребенка и постаралась сама съежиться, словно пытаясь стать меньше.
- Что скажешь, Собар?
Отец Абеляр не отводил взгляда от лица женщины.

17

Собар молчал. С одной стороны - вообщем-то ни в чем не повинная женщина, которую сделали невольной жертвой какой-то лихо закрученной игры, а с другой - стоит хоть на миг ослабить хватку, как тут же вся, выстроенная годами, система полетит прямо в пасть к дьяволу. Из-за одной маленькой оплошности. Инквизиция, конечно, перестраховывалась, но лес рубят - щепки летят. И Собар был тем самым "лесорубом", который уже занес свой топор.
Один из псов, отвлекся на стражника, вылезшего из подвала и глухо зарычал, увидевшего, что тот принес. Второй, не давал женщине двинуться с места. "Прекрасно. Теперь можно всех на костер. И забыть."
Хотя таких улик, если как следует поискать, можно в каждом подвале найти, причем в очень большом количестве. Но здесь случай особый и не воспользоваться столь удачно подвернувшемуся обстоятельству, было бы совершенно не разумно.
- Виновна, - медленно сказал Собар, глядя на женщину.

18

Собар произнес. И его слова словно остановили жизнь в доме. Стало тихо, будто все умерли, даже звуки с улицы доносились приглушенно издалека и казались не реальными. В принципе все уже было решено. У женщины был мизерный шанс, но видимо такова ее судьба - отправиться вслед за сестрой.
Отец Абеляр помолчал еще немного и тоже произнес.
- Deprecor, ut hoc mihi condones!*
Он поднялся уже не обращая внимания на женщину. В комнате зазвучали слова молитвы
Per signum crucis de
inimicis nostris libera
nos, Deus noster.
In nomine Patris,
et Filii,
et Spiritus Sancti.
Amen.**

Закончив молитву он перекрестился. Рука стражника дернулась и он чуть не совершил знамение кошкой. Но вовремя опомнился, шваркнул кошку на пол, плюнул на нее, что-то прошипел, вытер тщательно руку и только после этого совершил положенное действие.
- Собар, как ты думаешь, если оставить здесь стражника и твоих собак, то можно быть уверенными, что когда сюда приедет карета женщина и стражник сядут в нее и уедут по назначению? Мне хочется пройтись немного.
"Кроме того, я не люблю твоих собак. Уж очень у них демонический вид"
В этот момент до женщины окончательно дошло произошедшее и она завыла.
Отец Абеляр поморщился.
"Интересно, кто из них догадается заткнуть ее?"
_______
*Deprecor, ut hoc mihi condones! - виновна
(по крайней мере, я надеюсь, что перевод нашел правильный)

**Через крестное
знамение
от врагов наших
освободи
нас, Господь наш.
Во имя Отца
Сына
и Святого духа.
Аминь.

19

Собар вновь замолчал. Не в его привычке было попусту разбрасываться словами. Приговор уже был вынесен, теперь осталось дело за малым. Справедливый и непогрешимый суд Инквизиции.
"А святой отец тоже хорошо," - он как-то равнодушно подумал о стоящем рядом человеке. "Как будто сам не мог без меня справится!"
Внезапно Собара охватила ярость. Ярость бойца, которого, вместо того, чтобы бросать в самую гущу событий, где льется кровь и умирают люди, заставляют подметать улицы. Муторное дело. Противно до глубины всей его черной души, куда кажется даже солнечный свет не всегда заглядывал, не то, что человек.
Коротким свистом он подозвал собак. Доги неохотно подчинились. Они подошли к Собару и сели у его ног, приоткрыв пасти и вывалил красные языки. В полумраке комнаты они были похоже на какое-то мифическое чудовище, готовое в один момент готово сожрать любого, кто окажется у них на пути.
- Можно, - не громко сказал Собар, - только они останутся вместе со мной.
"А она ничего..." - почему-то подумал палач, глядя на воющую женщину.

20

Отец Абеляр хотел съязвить на счет собак и любви Собара к ним, но в этот момент вернулась карета, которая отвозила мужа этой женщины. Вошли два стражника.
Доминиканец кивнул на женщину. Они поняли без слов, что надо делать.
- Молись, дочь моя. Господь милостив. И я буду молиться за твою душу и за душу твоей сестры.
Он не лгал, он действительно будет молиться за нее и не только за нее, за многих чьи жизни попали в беспощадные жернова.
- И не забудь находку.
Фраза относилась к стражнику, "нашедшему" кошку.
Отец Абеляр направился к выходу. Миновав Собара, произнес:
- Идем. Тут разберутся без нас. Пройдемся. Поговорим по дороге. Ты ведь так и не сказал, зачем пришел. Или просто мимо шел и нюх привел? Как твоих собак?
Доминиканец усмехнулся. Он не смог удержаться от шпильки в адрес Собара.

Улицы и переулки

Отредактировано Отец Абеляр (2010-02-17 10:10:48)


Вы здесь » НАСЛЕДНИКИ ТАМПЛЯ » Дома персонажей. Бедные кварталы Парижа » Дом, неподалеку от кладбища Невинных.